Первобытное общество Культура ранних цивилизаций Искусство Шумера Культура Древнего Египта Культура Мезоамерики Древнееврейская культура Тантры Культура Античного мира Древнегреческая культура

Курс лекций по истории искусства

В Древнем Вавилоне не только не были утеряны достижения шумерской цивилизации, не только были сохранены великолепные памятники предшествующих времен, но и созданы условия для дальнейшего развития научной и культурной мысли. Череда же вторжений и войн, казалось, только способствовала более широкому ознакомлению соседей со сделанными в Вавилоне открытиями. Влияние вавилонской культуры явственно ощущается при изучении памятников народов Передней Азии, оно легко улавливается даже при рассмотрении культуры далекого Египта. Столь широкое распространение добытых в Вавилоне знаний предопределило огромную заинтересованность ученых в изучении наследия этой древней страны, расшифровке влияния его на развитие культуры позднейших эпох. Огромное историческое значение вавилонской культуры несомненно, ее воздействие ощутимо и через много столетий после упадка некогда славного и богатого города.

Одной из причин, позволившей, невзирая на разрушительные нашествия и войны, развиться в Вавилонии культуре и науке, было достаточно широкое распространение грамотности в обществе. Вавилонская клинопись была унаследована от шумеров, и ко II тыс. до н. э. ее структура приобрела достаточно запутанный и своеобразный вид. Сложности во многом были вызваны стремлением сохранить старые нормы шумерского письма при передаче особенностей семитического аккадского языка. Несмотря на определенные трудности в овладении клинописью, именно она являлась в те годы общепризнанным языком дипломатического общения и, несомненно, обладала для подобной роли всеми требуемыми качествами. Сохранилось большое количество документов, религиозных текстов, сообщений, записанных в различных регионах Древнего Востока клинописью и на аккадском языке. Вавилонскую клинопись изучали даже в писцовых школах далекого Египта. Конечно, в этих регионах знали о существовании богатой литературы на аккадском языке, литературы, достойной самого пристального изучения.

Кроме глиняных табличек, в Междуречье знали и другие материалы для письма. В XIV в. до н. э. один из жителей Угарита в своем послании просил прислать ему вощеные дощечки. В надписях нововавилонских царей упоминается алебастровая табличка. Слово, которым называли деревянные дощечки, перенесли и на другие материалы для письма — слоновую кость, металл. Внутренние стены ассирийских дворцов украшали барельефы с надписями, являвшие картины минувшего в строгой последовательности.

Общими чертами литературных памятников Древней Вавилонии следует признать их обычно небольшой объем (это связано с ограниченностью размера глиняных табличек), преимущественно стихотворную форму и необычайно пристальное внимание к вопросам жизни и смерти — наследие шумер.

Своеобразие некоторых произведений объясняется и тем, что они создавались совсем не для «индивидуального пользования». Наверное, записанные на табличках тексты не читались «про себя», в одиночестве. Чтение литературы в Древнем Вавилоне походило на некое мистическое действо: декламатор-грамотей ритмично выкрикивал певучие строки, кружку собравшихся слушателей, изредка останавливаясь, дабы уловить сложности мест, где нестрогий характер текста требовал импровизации исполнителя, привнесения личностного начала в запечатленную на табличке схему произведения.

Еще одна характерная черта литературы Востока заключается в том, что сюжет часто бывает, задан изначально, а основной задачей автора считается мастерская интерпретация всем знакомой событийной схемы. В Древнем Вавилоне дело усугублялось сложностью письменности, что делало восприятие текстов неподготовленным читателем практически невозможным. «Поэтому-то и звучали на площадях городов, в садах богатых вельмож протяжные строки аккадских стихотворных произведений, ритм которых основан на отсчете характерных для северосемитских языков логических ударений» . Причем чаще всего исполнялись декламаторами различные версии «Сказания о Гильгамеше».

От вавилонского периода дошло философско-художественное произведение, получившее название «О мучениях невинного страдальца», решавшее проблемы судьбы человека, смирения и страдания. Как философию пессимизма, предвосхищение сократической диалектики можно рассматривать «Диалог между господином и рабом о смысле жизни». В нем имеют место рассуждения о бренности земного, о добре и зле, о смерти и бессмысленности жизни, построенные в форме диалога. Этот текст считается одним из лучших произведений такого рода в мировой литературе.

Влияние вавилонской религии было долгим и прочным. Оно было связано с действительно обширными знаниями жрецов по астрономии, метрологии, математике и другим областям знания. Ее влияние распространялось на представления иудеев, неоплатоников, христиан. В античную и средневековую эпохи вавилонские жрецы считались хранителями особой тайной мудрости. Эта точка зрения, с одной стороны, признавала положительное влияние месопотамского мировоззрения, с другой же — имела прямое отношение к негативным явлениям средневековья. Средневековая демонология основана на вавилонской и вдохновила охоту на ведьм.

Звучание большинства произведений вавилонской литературы — светских и культовых — подтверждает общепринятый тезис о важности в верованиях Междуречья идеи установленности свыше порядка на земле: все божественно и целесообразно. «Литературные герои, даже совершая немыслимые подвиги, в конце концов упирались в пределы возможного и признавали свое бессилие изменить основы бытия».

Общая же структура небесной иерархии мыслилась древними вавилонянами следующим образом: во главе богов стоял Энлиль либо Мардук (иногда они сливались в образ «Владыки» — Бела). Однако верховный бог был лишь избран царем богов советом из числа семи основных божеств.

Миром же по-прежнему управляла шумерская триада — Ану, Энлиль и Эйя. Именно их окружал совет богов, каждый из приближенных при этом сознавал значимость трех первых. Ану правил на небе, в мировом океане — Эйя, а вот для людей самым значительным действительно был Энлиль, которому досталось во владение все меж небом и омывающим землю океаном.

Особенно в Вавилоне уважали покровителей небесных светил. Часто они персонифицировались в образы восходящих на небо Луны, Солнца, планет. Шамаш и Син, божества Солнца и Луны почитались больше всего. Планету Венера с ее загадочным поведением очень скоро стала олицетворять богиня Иштар.

В отношении культувой архитектуры, кроме этажности храмовых башен, мы можем говорить также о пышности и величественности построек. Сами сооружения не сохранились, однако все свидетельства современников подчеркивают громадные размеры храмов Междуречья, грандиозность ступенчатых башен- зиккуратов. Некоторое представления о состоянии архитектуры той эпохи может дать сохрани- вшийся комплекс и Дур-Уиташе в Эламе: стены обычно расчленялись выступами и белились, у входа в храм возводилось два зиккурата. Сохранилось несколько культовых статуй и статуэток времен Вавилонского царства: статуя богини Иштар из дворца в Мари и несколько терракотовых произведений, посвященных другим богам. Скульптуры больших размеров отличались монументальностью и некоторой грузноватостью фигур. Напротив, «образки" для домашнего культа - довольно живые и выразительные.

Сохранились свидетельства о громадном количестве утвари из драгоценных металлов в храмах, о пышности ежедневных пожертвований жрецам, приносимых царями и их приближенными. Такое положение наблюдалось практически в каждом городе Междуречья, и поток приношений не скудел даже в острые периоды междоусобиц. По мере того как вырисовывается преимущество Вавилона, он становится центром Междуречья. На первый план в космогонии Междуречья постепенно начинает выдвигаться Мардук, бог-покровитель Вавилона. Именно с этой поры облики Энлиля и Мардука сближаются, их все чаще путают древние вавилоняне.

Вавилонская система образования была предназначена для подготовки служителей культа в храмах и писцов: В храмовых и частных школах при известных наставниках учили свободно переводить тексты, писать, владеть тайнописью, уметь руководить хором, знать математику, землемерную практику и многое другое.

В Вавилонии проявляется повышенный интерес к лексикологии и — едва ли не впервые в истории человечества — к грамматике, появляются филологические науки. Составляются многочисленные переводные словари и пособия для изучения шумерского языка в виде таблиц с примерами словоизменения и сведениями о применении некоторых фразем.


На главную